Для малышей (0-6 лет) 19:53 15.07.2017 112

Торт из грома и молнии

Когда ваши дети придут к вам с рассказом о том, что больше не едят мяса, смело зовите их в лес — собирать крапиву

Если у вас дома растет подросток, то вам не избежать вегетарианской кухни. Придет время, и ваша девочка, у которой еще недавно в разные стороны торчали косички, а теперь короткая стрижка с синими прядями, скажет: "Я больше не ем мяса". И ее поддержит ваш мальчик, который еще вчера так любил котлеты, да что там — сухую колбасу! И это будет совсем под дых, потому что мальчики едят по-другому и, в конце концов, гоняют в футбол, отчего хотят есть еще сильнее. И я не знаю, как утолить в сыне голод, не выдав ему порцию мяса.Но делать нечего. Я все честно прочитала про растительные белки.

Изучила яичные блюда (только во французской кухне их больше 300). Попыталась урезонить: "Тебе надо расти!" Довода в ответ я услышала два. Мальчики и девочки, гости моего сына, прямо за нашим кухонным столом объяснили: первое и главное — страдание животных. Я зачитывала им даже Аристотеля, доказывая, что они переносят на животных свои чувства. Увы: они питались не Аристотелем, а интернетом. А там есть сайты защитников животных, и они показывают, в каких условиях живут, скажем, куры, которые потом будут использованы в этих интересных видах тортов. Вообще торты весьма распространены в России и не редко заказать торт для корпроратива является весьма почетной обязанностью даже в крупной компании.

Второй аргумент — состояние планеты. Наши дети не похожи на нас, планета беспокоит их больше в том смысле, что они согласны отказаться ради нее от чего-то важного для себя. Сельское хозяйство — главный загрязнитель планеты, от него больше выбросов в атмосферу, чем даже от автомобиля. Эту версию я слышала раньше, но мне не приходило в голову сложить это знание со стейком на сковородке.

"Но вы же понимаете, что есть регионы Земли, где животноводство необходимо для выживания человека,— спорила я с детьми.— Есть, в конце концов, Крайний Север. Там ничего не растет, там только олени!" "А кто вам сказал, что выжить должен обязательно человеческий род?" — спросил в ответ тихий мальчик, отличник и музыкант, которого я всегда ставила в пример. И я сдалась, услышав напоследок, что те, кто хочет съесть куриную грудку, должны сначала сами убить курицу.

Хорошо, подумала я. Раз можно предложить гостям убить курицу, то почему ребенку нельзя предложить самому собрать травы для пирога? И мы поехали за город. Собирать то, что природа согласна отдать.

"Как крапиву? Она же жжется!" — сказал сын. Я объяснила, что молодые, верхние листья, которые мы будем срывать, не жгутся. А разорвать сам крапивный стебель ему не под силу: в этом растении такие крепкие волокнистые жилы, что из них даже делали корабельные тросы. С нами в лес поехал тихий мальчик, лучший друг, музыкант и отличник, который, оказывается, уже пробовал суп из крапивы и даже пытался сам его приготовить, обнаружив исходный материал прямо около дома.

"Мы будем печь пироги. Вернее, лепешку, древнюю, как те племена, которые верили, что крапива родится от грома и молнии,— сказала я и раздала перчатки.— А около дома собирать ничего не надо, растения, как губка, впитывают грязь. Только в лесу. Берете верхние, светлые листья. Вперед". Если уж расставаться со всеми мясными блюдами, которые я еще долго буду оплакивать, то ради чего-то, что способно их заменить по вкусу, по аромату, по горячей силе. Ближневосточная лепешка, первый в мире пирог, который каждый из народов называет своим именем,— из таких. Пища воина и путешественника как-нибудь накормит и моих футболистов.